899171cb     

Соболев Леонид Сергеевич - Все Нормально



Леонид Сергеевич Соболев
Все нормально
Где-то в центре материка уменьшилось атмосферное давление, и с холодных
просторов Арктики туда потекли огромные массы воздуха, настуженного вечным
льдом. Отбрасываемые вращением Земли, они, плавно меняя направление,
передвигались с севера по широкой дуге, все ускоряя движение.
И это называлось ветром.
В плоской равнине тундр он вздымал в небо снежную пыль, крутя ее и
сливая в белесую пелену, гасившую вечные звезды полярной ночи. Южнее, в
лесах, он выл в голых сучьях и свистел в ветвях, сгибая тонкие молодые сосны
и обламывая могучим елям их зеленые многопалые лапы. Он валил навзничь
деревья, которые, утратив гибкость молодости и стойкую силу зрелости,
самонадеянно подставляли его ярости широкую свою грудь. Вывороченные из
земли их корни вздымали к небу бесполезную жалобу узловатых одряхлевших рук,
и новые массы холодного воздуха пролетали над ними, вырываясь в узкий
простор замерзших озер, похожих более на реки, нарезанные кусками, - длинных
финских озер, стиснутых скалами. По этим ледяным коридорам, проложенным в
лесах с севера на юг, Арктика мчала стылый свой воздух к морю. Здесь, в
путаном кружеве прибрежных шхер, ветер собирал в одно невидимое грозное
целое его разрозненные отряды.
Ровной стеной быстро передвигающегося холодного воздуха Арктика
проносилась над Балтийским морем, и серая недвижная его вода, готовая
вот-вот загустеть и обратиться в зеленоватые льдины, заколебалась. Вначале
вздохи воды были плавны и спокойны. Но едва образовался первый ровный холм
первой волны, воздух, мчавшийся над нею, тотчас изуродовал ее безупречную
форму. Он сдвинул вершину волны вперед, он удлинил ее подошву и образовал
гребень. И когда новая волна подняла свой выгнутый горб, она стала уже выше,
круче и злее. Так начался шторм.
Это был жестокий январский шторм - дикое бешенство ледяной воды.
Густая и тяжелая, налитая недвижным холодом замерзания, вода,
приведенная ветром в движение, была страшна. Она шевелила теперь тяжелые
валы, больше похожие на ртуть, - тусклые, плотные, нерасщепимые. Обрушивая
гребень, она не шипела белой пеной захваченного воздуха: гребень волны падал
целиком, как лист какого-то странного металла, гнущегося от собственной
тяжести, и удары этой тяжелой, вязкой массы несли в себе огромную силу
разрушения.
Шторм продолжался не первые сутки, но уже тогда, когда он был еще
девяти баллов, корабли не рисковали выходить из портов, а те, кого он застал
в море, торопились уйти под прикрытие берега. В то утро, когда шторм достиг
предельной силы, далеко от земли внезапно всплыла подводная лодка -
единственный корабль на всем пространстве Балтийского моря, от льдов Ботники
до южных берегов.
Это была маленькая подводная лодка из тех, которым краснофлотцы дали
нежное и ласковое имя "малютка". Среди водяных гор она была бесконечно мала,
так мала, что в момент всплытия целиком спряталась в гребне волны. Гребень
упал - и она вылупилась из волны, как цыпленок из яйца. В следующий же
момент, потеряв под левым бортом опору рухнувшего гребня, она легла на борт
в смертельном крене, скользнула в провал между валами, залилась новой волной
и исчезла. Эта волна, ударившая ей в борт и увеличившая крен, вероятно, ее
перевернула, потому что долгое время лодки не было видно.
Но потом в тусклой ртути воды опять блеснул крепкий, упрямый металл
рубки. Теперь он распорол волну вдоль, от гребня к подошве, и яростная мощь
воды встретила не борт, а узкие обтекаемые образова



Содержание раздела